Бастион

"Бастион" - это курсы спецподготовки журналистов, работающих в экстремальных условиях и горячих точках.

Политическая логика повышенного уровня насилия в обществе

30.11.2012

 

Нашумевшее дело Расула Мирзаева вскрыло одну пренеприятную особенность отечественного уголовного законодательства. Оказывается, год СИЗО – это достаточно суровое наказание за убийство руками. То, что Расулу вообще была выбрана такая мера пресечения, и он получил реальный, а не условный срок или исправительные работы, это максимум того, на что можно было рассчитывать.
 
Старшина запаса (starshinazapasa) убедительно показывает, что приговор Расула Мирзаеву полностью соответствует существующим законам.
 
Также он приводит нашумевшие аналогичные случаи. Только в них: 1. Убивает русский, 2. Убийца явно не мучается угрызениями совести, 3. Наказание еще более смехотворно.
 
Забавно, но тот же судья, который выпустил Расула, совсем недавно «впаял» фигуранту «Болотного» дела за скол эмали омоновцу 4,5 года тюрьмы (при том, что обвиняемый возместил затраты на лечение). Я уже и не вспоминаю танцовщиц в храме, которые сейчас шьют одежду на зоне.
 
Вдруг оказалось, что у нас удивительно беззубое законодательство и правоприменение по отношению к людям, которые убивают или калечат других людей. Особенно по сравнению с отношением "системы" к экономическим преступлениям, где за недоплату налогов, автоматически пришивают мошенничество и отправляют людей на 9 лет в тюрьму.
 
Что в итоге? Россия занимает 10 место по числу умышленных убийств на 100 тыс. населения. Хуже нас только Ямайка, ЮАР, Венесуэла и Колумбия (эти данные приводил Навальный). И ведь совершенно же очевидно, что нормально жить в таких поистине «колумбийских» условиях никак нельзя. Какие инновации, какой интенсивный экономический рост, привлечение иностранных инвестиций? Вы чего, голубчики? Право на жизнь – базовое требование к месту проживания. Если государство его не обеспечивает, то, что уж говорить о правах собственности и прочих институтах, критических для экономического развития? Любой рациональный человек, при наличии соответствующих возможностей, если не уедет сам, но вывезет семью. Наверное, именно поэтому, власть предержащие так и поступают, а потом, когда заканчивают карьеру, отчаливают и сами (Лужков и ко).
 
Казалось бы, дело Мирзаева должно привести к общественному резонансу в связи с абсолютно неадекватным, варварским уголовным законодательством и правоприменением, тормозящим развитие страны. Однако, вместо этого мы увидели, что стрелки быстро и устойчиво перескочили на национальную тему. Тут сыграли свою роль и акценты стороны Агафонова при разбирательстве этого дела, и бъективно зашкаливающий уровень преступлений со стороны представителей южных республик. Но нельзя и не заметить благосклонность властей к такому толкованию. Многие околовластные пиарщики (тот же Доренко) прямо называют такое решение антирусским. Зачем?
 
У меня есть интуитивное предположение, что власть не хочет ни видеть, ни решать проблему избыточного насилия в обществе, любыми путями соскакивая с этой темы, уводя внимание населения. Могут ли быть логические аргументы у такой позиции? Мне кажется, что да.
 
 
 
1. Во-первых, бороться с криминалом далеко не всегда рациональная стратегия для элиты.
 
А в наших условиях, кажется, это, действительно, нерационально. В чем здесь дело? У нашего народа крайне слабая общая идентичность. В результате этого размывается понятие «свой» по отношению к незнакомым тебе людям, живущим в одной с тобой стране, даже если у них одинаковая национальность или религия. Ты не ассоциируешь себя или своих детей с ними. Их проблемы для тебя то же самое, как и голод в центральной Африке. Теоретически ты понимаешь, что это плохо, но не на столько, чтобы чем-то помочь.
 
Эта особенность ярко проявляется на войне. Если американцы, европейцы, израильтяне берегут, спасают или выкупают своих солдат, то мы как будто бы намеренно исповедуем истребительный стиль войны. Даже в войне с Грузией мы умудрились понести численно близкие потери с явно более слабой Грузией, потерять 8 самолетов. И никто не покраснел, никого не уволили, не сделали выговор. Наши войска заблудились в селах и понесли большие потери. Навигации нормальной не было. Только сейчас начали всплывать факты воровства при создании отечественной навигационной системы. Кто бы сомневался. А раньше, по итогам войны, принесший нам столько нелепых и ненужных смертей, вопросы про Глонасс никто в серьез не задавал. Чего уж огорчать хороших знакомых почем зря?
 
И это не просто вирус «избранности», характерный для богатых людей. У нас даже сейчас огромное количество людей считают систему истребительного труда в СССР вполне оправданной и даже эффективной.
 
Скорее всего, слабая идентичность является следствием крепостного рабства и гражданской войны, а также деградации религиозного фактора.
 
В итоге получается, что бороться с преступностью не рационально, так как выгоды не ясны (ты помогаешь кому-то там, тебе совершенно не близкому), а издержки высоки. Ведь бороться с преступниками, ОПГ и влиятельными диаспорами опасно. Они могут отомстить. Даже если ты особо смел, то бандиты могут заняться твоей семьей. Это риск не может быть полностью исключен и для высокопоставленных силовиков. Даже если в России ты постоянно с охранной и в бронированном мерседесе, то с твоими родственниками и семьей в Англии вполне может «нечаянно» что-то случится. Гораздо приятнее, безопаснее и почетнее бороться с политическими активистами, интернет-революционерами и писателями с марша миллионов.
 
2. Повышенный уровень насилия позволяет лучше контролировать население, автоматически предотвращая возвышение потенциальных конкурентов.
 
Традиционно власть (в Китае, Турции, России, множестве других цивилизаций) любила "тусовать карты" - регулярно менять элиты, бюрократию, не давая определенным семьям, кланам или группам набрать экономический и политический вес. В ситуации, когда это затруднительно делать прямо (истребительным трудом, войной или ссылками), на помощь приходит алкоголь, табак и бандит.
 
Бандиты действуют как встроенный регулятор, ослабляя потенциальных конкурентов власти. Они автоматически мониторинг обстановку на местах, идентифицируют начинающих преуспевать людей (либо просто слишком ярких, громких, выделяющихся какими-то сторонами людей) и прессуют их: грабят, ставят на счетчик, убивают, заставляют уехать. В результате народная масса усредняется. В ней становится меньше научного, творческого или коммерческого потенциала. Общество становится более контролируемым, а политическое поле пустым и беспроблемным.
 
3. К описанному очень близко такое следствие разгула преступности как заморозка креативного класса. Высокий уровень насилия предполагает доминирование в городской культуре таких моделей поведения, как «скин», «гопник», «футбольный хулиган», «бездельник, который ничего не делает, но ищет, где бы ему поживиться», «приезжий бородач с ножом и травматом «просто так»» и пр. Данные субкультуры, так или иначе, характеризуют многие города или окраины городов и в развитых странах. Они находятся в напряжении и противоречии с такими моделями поведения, как «предприниматель», «трудоголик», «ученый», «высококвалифицированный иностранец», «интеллигент», «писатель», «преподаватель» и пр. Как правило, места жительства и работы представителей этих двух крупных субкультур различны. Но не всегда. У нас они перемешаны. Это позволяет власти «придавить» креативный класс, как правило, оппозиционно настроенный, за счет создания условий, при котором культ силы становится более выигрышной и распространенной моделью поведения. Рецепты просты: дешевый алкоголь, сигареты, сериалы «Менты» целый день, высокий возрастной порог уголовного наказания, радио Шансон, общение с уголовниками, толерантность к насилию со стороны государства, игра с националистическими организациями, строительство футбольных стадионов и пр.
 
В конце концов, для «зачистки» городской - творческой и демократической - культуры можно пригласить «новых кочевников» из окраинных республик или казаков (исторически близких к этой функции).
 
4. Легкость в осуществлении политического насилия.
 
Политическое насилие гораздо легче осуществлять и скрывать в криминальной среде. Не захотят фанаты бить известного журналиста, найдем других - рынок большой. А если коллеги потерпевшего по цеху зашумят, так всегда можно сказать, что тут в день по две сотни таких случаев происходит. Мало ли кто? Будем искать…
 
5. Оправдание для содержания избыточных репрессивных структур.
 
Численность правоохранительных и прочих силовых структур в России просто огромна в сравнении с развитыми странами. Это замечают многие, кто был за рубежом. Например, на Родосе, где я отдыхал этим летом, всего 14 полицейских (и охрана правопорядка, и безопасность дорожного движения). Родос - это второй по величине остров Греции.
 
В чем здесь логика. Правоохранительные структуры, как известно, помимо борьбы с настоящими преступниками, широко используются для контроля населения и охраны власти. Они работают с оппозицией, стоят в оцеплениях, шьют дела, ищут в интернатах смутьянов, борются с сектами и экстремизмом. Помимо этого, они также занимаются бандитизмом: грабят, похищают и убивают людей, продают наркотики,  крышуют проституцию и игорный бизнес (сообщения об участии сотрудников российских правоохранительных органов в преступлениях появляются на новостных лентах практически каждый день).
 
В карательном деле, полиция незаменима (видимо, поэтому ее переименовали). С армией так просто не получится. При всем воровстве и беспорядке там люди более идейные и моральные. На войне по-другому сложно. Воевать с врагами и с собственным населением – это принципиально разные задачи. Чрезвычайно эффективные во втором деле опричники оказались не способными биться с татарами. Как не смог Тухачевский (до этого эффективно травивший газом крестьян) ничего сделать с польской армией и был вынужден отступить. В свою очередь, вовлечение армии в политическое противостояние опасный шаг, что ясно показали события «арабской весны».
 
У нас страна большая, многонациональная. Проблем много. Да еще и власть сменяться не спешит, хотя и теряет популярность. Карательной работы все больше. Пусть правоохранительные органы лишь время от времени задействуются для политических целей, но даже одна оплошность может оказаться решающей. Поэтому нужно поддерживать значительную численность в репрессивном аппарате. Но населению об истинных «внутренних делах», которыми занимается профильное министерство, лучше не сообщать. Не ведь если уровень насилия не велик, если преступность идет на убыль, как тогда оправдать чрезмерную численность правоохранительных органов?
 
Кстати говоря, возможно, что именно поэтому у нас так вяло внедряются новые технологии, которые могли бы заменить огромную армию правоохранителей.
 
6. Занятость людей и снижение гражданской активности в обществе.
 
В преступлениях и в борьбе с преступниками занято огромное количество населения. Помимо собственно «бандитов» и «полицейских», это разные спецслужбы, а также различные охранные структуры, в том числе частные. Профессия охранник – одна из самых распространенных в России. Недавно еще и казаков решили ввести для патрулирования улиц. Взрослые здоровые мужики будут целыми днями шляться по улицам и гонять бабушек, продающих соленые огурцы. Даже менты брезгуют такой низостью.
 
Для власти тут может быть два плюса.
 
Во-первых, люди при делах. Они не выйдут перекрывать трассу как в Пикулево.
 
Во-вторых, подобная занятость, как правило, связана с низкой политической и вообще гражданской активностью. Это очень удобный электорат. Людей в силовых структурах и в тюрьмах легко заставить голосовать как надо. В органах вообще принято слушаться и не обсуждать приказы начальства.
 
7. Снижение требовательности к власти и ослабление нравственного чувства.
 
Чем больше людей включено в преступления, тем ниже у них требовательность к власти. Действительно, достаточно глупо обвинять кого-то в воровстве, если ты сам профессиональный вор с судимостью. Если же ты случайно попал в тюрьму, система тебя подправит.
 
Правоохранительные органы, в свою очередь, как правило, тесно связаны с преступлениями, прежде всего взятками, а их сотрудники включены в корпоративную круговую поруку. Они настроены не столько на то, чтобы как-то менять или улучшать ситуацию, сколько на то, чтобы при существующих порядках забраться повыше и там уже по полной развернуть свои предпринимательские таланты. Они готовы любыми способами «гасить» противников власти при условии, что власть, в свою очередь, закрывает глаза на их преступления.
 
Похожая мотивация была у южан во время Гражданской войны с США. Несмотря на то что в южных штатах доля рабов в численности населения составляла в среднем 30% населения (а в некоторых штатах, таких как Луизиана, достигала 50%), лишь 1/4 белых южан имели рабов. При этом более половины рабовладельцев имели от 1 до 5 рабов, и сами трудились рядом с ними; менее % рабовладельцев владели более чем 100 рабами. А даже в таких условиях южане вступили в войну. И воевали очень хорошо. Оказалось, что даже те, кто не имел рабов, в будущем на это надеялись. Южанам нравилась «система» и они готовы были отстаивать ее незыблемость с оружием в руках. Напомню, что потери населения во время Гражданской войны в США (порядка 600 тыс. человек) превышают потери США во всех других войнах за всю ее историю вместе взятые.
 
8. Уменьшение населения, снижение популяционного давления.
 
В условиях сырьевой экономики и ядерного паритета для устойчивости власти выгодно снижение численности населения. Сырьевая экономика подразумевает, что основной экспортный доход приносит лишь небольшая часть занятого населения. При этом совокупных доход не зависит от численности занятых в стране, а определяется объемами добычи и мировой конъюнктурой цен на нефть. В этой связи, снижение численности населения приводит к росту нефтяного дохода на душу населения. Теоретически, снижение населения должно приводить к военному ослаблению страны и повышению риска потерять богатые сырьевыми ресурсами территории. Однако в нашем случае созданное в СССР ядерное оружие резко снижает такие риски. Единственная опасность – локальные конфликты и терроризм. Но для парирования таких рисков не нужна большая армия, нужны сильные спецслужбы и спецназ.  
 
Уменьшение населения снижает популяционное давление, конкуренцию, остроту борьбы. Нет проблем, связанных с ростом населения, которые могли бы, в случае провала в их решении, породить политические трудности.
 
9. Укрепление посреднической функции власти, делающей ее незаменимой.
 
Разжигание ненависти в обществе, в том числе национализма, вовлечение все большего числа людей в национальную дискуссию, ангажирование политических конкурентов (которые не выдерживают и принимают ту или иную сторону), делает власть единственным посредником между враждующими группами. Тем самым, существующая власть становится незаменимой.
 
***
 
Я не думаю, что многие люди во власти осознанно реализуют эту политику. Но для успеха здесь не нужна осведомленность, она даже вредна. Надо лишь предоставить людям благоприятные условия для воплощения их темных устремлений. Дальше люди сделают все сами.
 
Единственный минус системы управления, основанной на уголовном терроре населения, заключается в том, что она не способствует экономическому развитию и инновациям. Но и тут есть аргумент. Как прозорливо заметил Кейнс в долгосрочном периоде мы все мертвецы. В конце концов, все империи рушились. Но это не означает гибель всего населения, разумеется. Вряд ли кто-то станет спорить с тем, что оставаться богатым и у власти (а в России это связанные вещи) - лучшая стратегия выживания семьи в широком смысле этого слова. Тем более, если семья уже в Монако, дожидается главного добытчика.
 
***
 
Возвращаясь к делу Расула Мирзаева, согласно изложенной логике, власть должна стараться дальше разжигать конфликт. В эту логику укладывается и действия ряда националистов, и перекрытие центра Москвы (чтобы все узнали, что произошло), и заявления следственного комитета о не правомерности решения наперекор прокуратуре, и желание родителей Агафонова продолжить юридическое разбирательство, и заявления целого ряда промоутеров о желательном продолжении карьеры бойца для Мирзаева.
Если же описанная мною поведенческая логика власти ошибочна, то все эти тенденции будут явно блокироваться, а государственная дума, общественная палата и государственные СМИ начнут обсуждать тему неадекватности уголовного законодательства, появятся соответствующие инициативы и, далее, законодательные изменения. Что ж посмотрим. Буду рад ошибиться в своих худших подозрениях.